Сегодня мы поговорим о другом мастере пластических форм Возрождения, чьи произведения (их копии, выполненные современным мастером) также украсят убранство индивидуального жилища в соответствующем стиле.
Начнем беседу с рассказа о «следе», который оставил скульптор Жан Гужон (ок. 1510 — между 1564 и 1569) в истории пластики, а также о его выдающейся работе. В разговоре на эти темы снова примет самое непосредственное участие научная работа Сергея Анатольевича Мусского «100 великих скульпторов».
В своем труде
автор данной работы приводит слова Е. Варламовой, которая, в частности, говорит: «Никому из французских эпохи Ренессанса художников не удалось в такой степени возродить дух греческой античности во всей его чистоте, непосредственности и юной прелести и вместе с тем с такой полнотой выразить национальный художественный характер, как Жану Гужону. В творчестве этого скульптора, архитектора, рисовальщика, теоретика счастливо сплавились в неповторимое целое догадка гения о самой сути эллинства в его лучшую пору,
многовековые традиции экспрессивных форм готики и искони присущее французскому народу свойство воспринимать реальную действительность и претворять её в художественных произведениях сквозь призму некоего идеала. Всё это породило особенный феномен гужоновского искусства — пластически ясного, идеального, строгого и одухотворённого. В новых ренессансных формах его скульптурных работ ещё улавливается активная жизнь готики, но одновременно рациональное построение образа, ясность и сдержанность мышления открывают пути классицистическому искусству Франции следующего столетия».
Констатировав, что каждый скульптор искал свое, мы не скажем ничего нового. Но и промолчать об индивидуальном подходе к творчеству мы не можем. В поисках своего «почерка» мастера приходили к самым неожиданным решениям, и в таких случаях рождались стили («в стиле Микеланджело», «в стиле Гуджона» - гужоновское искусство и т.д.).
Поговорим о конкретной работе скульптора. «Вершина творческих свершений Жана Гужона, - пишет А. С. Мусский, - без всякого сомнения, — «Фонтан нимф», более известный под названием «Фонтан невинных». По мнению Бернини, этот фонтан есть лучшее произведение французской скульптуры, как по удивительной гармоничности между архитектурною частью и фигурами, так и по изяществу».
Присутствие в названии слова «фонтан», на самом деле, не «заставляет» домовладельцев устраивать настоящий фонтан, где будут отражены копии рельефа Гужона. Эти творения можно «воспроизвести» на поверхности стены в помещении.
Автор научной работы обращается к мнению Г. Лихачёвой, которая говорит следующее: «Фонтан входил в число проектов, задуманных скульптором для оформления города в честь торжественного въезда короля в Париж…
Архитектурная часть фонтана была спроектирована Пьером Леско (французским архитектором и скульптором – прим. А. К.) в манере, ставшей традиционной для совместной работы двух парижских знаменитостей. Гужон при своей любви к графике всю жизнь предпочитал рельеф, а Леско, сотрудничая со своим другом и постоянным соавтором, рисовал слегка выступающие из стены, обработанные в формах классического ордера пилястры, кажется, навсегда забыв о круглой колонне.
Скульптурные украшения фонтана состояли из шести горизонтальных рельефов, изображающих наяд, амуров и тритонов, и шести вертикальных рельефов с изображением нимф, олицетворяющих силы природы».
Наличие в загородном доме копии данной рельефной композиции подчеркнет «единение» строения с природой. Вообще, вопрос такого «единения» часто рассматривается дизайнерами. Легче всего обстоит дело со стилем «кантри», который по определению направлен на отражение природы в убранстве. Что же касается других стилей, то в каждом из них есть элементы, так или иначе связанные с понятием «природа». В случае с ренессансом используются колонны и пилястры, содержащие коринфский ордер, полотна с изображением пейзажей и пластические формы. Рельеф, о котором идет речь, и является одним из таких фрагментов убранства.
«Нимфы Гужона, -
продолжает Е. Лихачёва, — это божества, олицетворяющие силы природы, поэтизирующие их. Слушая шум ветра, шелест листвы, журчание воды, скульптор проникался чувством священного восторга перед чудом, заключённым в слове «природа».
Изображения нимф отличаются поэтичностью образов, грацией и разнообразием движения. С лёгкостью и свободой передаёт скульптор в низком рельефе их сложные изящные позы. Рельефам Гужона свойственна особая гармония, особая музыкальность. Пластический язык скульптуры полон певучих ритмов. Струящимся складкам одежд нимф вторит тихое журчание льющейся из ваз воды… Нимфы источников словно возрождают в памяти античность, точнее они несут в себе дух античного искусства, как его представляли в XVI веке. Не заботясь об археологической точности, Гужон воссоздаёт образы, вдохновлявшие античный мир».
Копии данного произведения идеально подойдут и к античному, и к готическому, и к ренессансному интерьерам. Впрочем, дворцовый стиль, включающий в себя помимо перечисленных и классицистический стиль (во всех своих проявлениях), лишь обогатится, если копия «Фонтана невинных» Гужона будет присутствовать в интерьере.
После того,
как работы Гужона стали известны в Европе, нашлось немало последователей его творчества. Многие скульпторы пытались перенять манеру, в которой работал мастер. И в наши дни есть скульпторы, черпающие вдохновение из произведений этого мастера, повторяя гужоновские приемы в пластике.
На этом мы заканчиваем разговор о пластических формах Возрождения.
В следующий раз мы начнем беседу о скульптуре барокко.
Алексей Каверау
В статье использованы фотографии сайтов: madikenold.wordpress, artclassic.edu, megabook, artclassic.edu, artprojekt