Тема дачного строительства конца XIX – начала XX столетий представляет для нас интерес по той простой причине, что многие современные обладатели загородных участков хотят видеть в качестве своей резиденции дом, стилизованный под постройки той эпохи.
Именно поэтому мы на протяжении ряда встреч говорим о дачах, возведенных чуть более ста лет назад. Потенциальные домовладельцы имеют возможность «посмотреть» на «оригиналы» и определиться с выбором будущего жилища.![Дача конца XIX – начала XX столетий](http://www.dkd.ru/i/book/1354/1354-1.jpg)
Для того, что в максимально полном объеме раскрыть эту тему, мы обращаемся к научной работе (диссертации) кандидата искусствоведения Евгении Владимировны Гавриловой «Основные направления развития предметно-пространственной среды загородного дома в России 1980-х – начала 2000-х гг. (исторические традиции и новаторские приемы)».
Итак, к стилизации прибегали во все времена. Поговорка «новое – это хорошо забытое старое» относится к теме наших бесед. Причем, говорим мы о стилизации не только в контексте современного загородного строительства, но и с «оглядкой» на прошлые века. В начале ХХ столетия, как и сегодня, некоторые дачники желали строить дома, которые напоминали бы об ушедшей эпохе. В частности, люди, согласно источнику, обращались «к традициям усадебного строительства пушкинских времен. Связано это было со многими, в том числе и социальными факторами, в особенности же с самим духом эпохи символизма».
В своем научном
труде искусствовед цитирует Сборник ОИРУ «Русская усадьба», в котором говорится следующее: «...Старинная мечтательная жизнь», о которой грезили на рубеже веков, не могла не затронуть и архитектуру - своеобразное зеркало духовных устремлений эпохи и наиболее конкретное воплощение ее образа жизни». «Этот своеобразный «усадебный Ренессанс», - продолжает Е.В. Гаврилова, - начала XX века был связан, кроме того и с наступившей после 1905 г. относительной экономической и общественной стабильностью».
Эпоха Возрождения, о которой в связи со сказанным выше нельзя не вспомнить, доказала, что «ушедшие в небытие» формы могут «ожить» и стать «участниками» процесса зарождения нового стиля. О том, что стало предпосылками к Возрождению, и как античность повлияла на этот стиль, мы помним из долгих бесед о Ренессансе. Своеобразным «Ренессансом» стал и период, о котором говорилось в цитате. В данном случае в роли «античности» выступил стиль первой половины XIX века. Мы сознательно не говорим, что этот стиль носил название «ампир». Да, во дворцах в первой половине XIX века господствовал ампир, но речь идет о загородных домах, которых этот стиль едва «касался». Во многих усадьбах того времени сохранялся иной характер, который был больше свойственен
добротным избам (помещичьим домам). Понятие «дача» стало предполагать именно усадьбы, стилизованные под пушкинскую эпоху. Что же касается ампира, то, в усадьбах начала ХХ века, этот стиль стал «проявляться» более отчетливо, нежели это было в первой половине XIX века. «Пик интереса к усадьбе начала XIX века, - сказано в источнике, - пришелся на 1910-е гг. Поэтизация мира русской усадьбы в архитектуре обрела конкретные формы апологии русского классицизма, ранее других проявленной членами объединения «Мир искусства». Новый идеал в 1904 г. обрел и свое воплощение - И. А. Фомин создал проект деревянной дачи в стиле ампир, в котором перед человеком начала XX века предстал собирательный образ старинной барской усадьбы. Это было здание с белокаменным цоколем, стенами, обшитыми струганными досками и прорезанными вытянутыми окнами, массивным фронтоном с традиционными венками и лентами. Дом имел открытую колоннаду полуротонды, обращенную в сад. Все эти составляющие стали характерны для усадебного неоклассицизма».
Загородные дома первых десяти-пятнадцати лет ХХ столетия «обрели» стиль, о котором говорилось в цитате. Загородные дома «поднялись на одну ступеньку» и стали гораздо ближе к городским особнякам и, отчасти, к дворцам. В качестве примера Е. В. Гаврилова приводит
описание ансамбля усадьбы Виноградово, «главный дом которого, - согласно источнику, - был выстроен в 1911-1912 гг. по проекту И. В. Рыльского и представлял собой традиционную симметричную трехчастную композицию из основного объема с портиками под фронтонами боковых крыльев, соединенных пониженными переходами. Фасад этого дома отличает большая пластичность за счет контрастного сочетания бревенчатых, не зашитых тесом стен с подчеркнуто изысканными и тонкими архитектурными деталями пилястр и карнизов.
Интерьеры этого дома отличались сдержанной простотой и были практически одноматериальными - почти вся отделка была выполнена из дерева, причем даже элементы ордерного декора не были покрашены, как на фасаде, а сохраняли натуральный оттенок дерева, что придавало интерьеру ощущение единства архитектуры и мебельного оборудования».
В те годы в обиход вошло словосочетание «ампирная усадьба», и это говорило о том, что данная постройка стилизована под загородный дом пушкинской эпохи, но при этом имеет уже явный характер ампира.
Дачные поселки «обновились», и «дыхание ампира» чувствовалось практически в каждой даче. Евгения Гаврилова пишет: «Вот как описывается одна из таких дач, принадлежавшая художнику С. Ю. Жуковскому: «Приближаясь к даче, где жил Станислав Юлианович, я увидела большой дом, окрашенный в желтый цвет... Дом произвел на меня впечатление помещичьей усадьбы. Но специфическая помещичья обстановка отсутствовала. Запомнились большие комнаты с холстами и подрамниками».
Помимо привлекательности содержательной, усадебные постройки пушкинского времени обладали и весьма важной чисто практической чертой - они были весьма скромны по своим архитектурным формам и возводились нередко из дерева, поэтому их формы удобно воспроизводились в новых, также чаще всего деревянных дачных домиках 1910-х гг.».
С примера таких домов мы начнем нашу следующую встречу.
Алексей Каверау
В статье использованы фотографии сайтов: spalah-art, archrevue, morena.com, souztour, f.kinozon